Лиз Гилберт: Вы ждете паузы, чтобы написать книгу. Не дождетесь!

Большинство из нас могут указать конкретный момент, в который это произошло.
Моему мужу 64 года, и он может назвать (с точностью до часа!), когда именно он нарисовал свой последний рисунок. Ему было десять, он жил в Южной Бразилии и на уроке в школе он нарисовал домик. Учитель показал этот рисунок одноклассникам и засмеялся. Все дети засмеялись. Больше он не рисовал.
У меня есть друг, который никогда не поёт. Все люди поют! Хотя бы в ванной комнате, хотя бы наедине с собой. Все люди танцуют. Мы рождаемся создателями: рисуем, собираем конструкторы, вырезаем. Но у моего друга в детстве отобрали пение.
Его взяли в хор, но попросили встать сзади и ни в коем случае не петь. Учитель так и сказал: делай вид, что поёшь, и не мешай.
Мой друг рассказывает эту историю и смеется, как будто это анекдот, но мне почему-то совсем невесело слушать.
Сейчас ему 68. В 12 лет у него отобрали голос. Как у Русалочки.
**
И вот еще это странное убеждение, что нельзя заниматься тем, в чём ты ещё не достиг мастерства.
Мне часто говорят: «Я не могу делать вон то, я не умею». Я спрашиваю: «А вы пробовали?». Обычно отвечают: «Нет, я же не умею». Тогда я говорю: «Хм, неудивительно, что вы не умеете».
Когда я писала свой первый роман, получалось плохо. Но у каждого есть огромнейшая пропасть между тем, что получается сейчас, и тем уровнем, на котором хочется быть.
Начинающий писатель знает, что такое хорошая литература, и видит, что она не выходит из-под его пера в данный момент.
Первые попытки не приносят ничего, кроме разочарования в себе. Но останавливаться нельзя.
Нужно пройти через долгие годы тяжелой работы, чтобы перепрыгнуть через эту пропасть. С каждым годом она сокращается.
Чтобы попасть на другой берег, дисциплины недостаточно. Нужно умение прощать себя за то, что вы пока не достигли высот.
Когда я писала тот самый первый роман, я говорила себе: да, он не шибко талантлив. А с чего ему быть? Он же у меня первый.
Мне 23 года, и я никогда раньше не писала романов. Я попробую еще раз завтра, и посмотрим, к чему это меня приведет.
**
Перфекционизм еще опаснее обычного страха, потому что он не только его близкий родственник, но ещё и маскируется под достоинство.
Люди носят перфекционизм как медаль: посмотрите, какие у них высокие стандарты!
Проблема в том, что перфекционист редко что-нибудь создает. Он что-нибудь осуждает, критикует, оценивает. Он и себя осуждает, критикует и оценивает, и других.
Перфекционист редко выходит к людям, чтобы показать, что он сделал. Он с трудом заканчивает свои проекты, но еще сложнее для него — начинать. Потому что заранее знает, что готовый продукт не удовлетворит его собственным завышенных ожиданий.
У перфекциониста очень узкий взгляд на жизнь. Поэтому и жизнь получается узкая. Мне так неинтересно.
**
Мы хотим дождаться паузы в жизни, чтобы написать книгу. Не дождетесь! Учитесь писать в тот момент, когда жизнь происходит.
**
Первый сложный вопрос: «Хватит ли у меня смелости создать что-то?».
Второй: «А показать это другим?».
**
Противоположность депрессии — не счастье. А жизненная сила, движение, энергия.
Иногда я не могу сделать то, что хочу. Но я могу сделать хоть что-то! Например, я хочу писать книгу, но у меня не получается. Зато я могу испечь пирог. Или найти в саду шесть листьев странной формы, а потом нарисовать их (вот только этим утром я так и сделала).
Двигайтесь. Даже если сейчас не получается двигаться в нужную сторону. Двигайтесь.

Источник: интервью Лиз на австралийском радио

Источник — Лето в голове 

Открытие внутреннего потенциала.

Инструментарий «Достучаться до идей»

Related posts:


Комментарии:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *